.  четыре месяца спустя  .
Сколько времени уже прошло? Не менее месяца. Ошибаешься, мой друг, это число уже перевалило далеко за это число. Время тянется так медленно, но в тоже время, Уильям забывает его замечать. И каждый день, словно отлаженный механизм. Не видя остальных, не общаясь с друг другом, этот инквизитор ведёт собственный режим и индивидуальную охоту.
Каждый раз он возвращается домой лишь к утру и спит всего-лишь несколько часов, пока в дверь не войдут вновь, поднимая словно тревога. Но нельзя сказать, что Уильям уж сильно расстроен тому, что не видит друзей. Тривиальные будни ни как не воздействуют на его разум, не вызывают скуки. Всё вокруг будто замерло и где-то в сердце стучит лёгкая жилка надежды на то, что совсем скоро это всё кончится.
Инквизиция будто бы специально изолировала новорождённого. Вильям никогда не знал, что происходит в это время с теми, кто переродился. Оказывается вот как всё происходит. Группа сопровождающая вампира ни кто иные как поводыри, стоящие в стороне и тщательно оберегающие своего "ягнёнка". Это называется неким "выгулом" или "кормёжкой". Всё, что происходит на данный момент полезно для обоих сторон. Уильям непременно получал кровь трупов, а инквизиция уже сама забирала остатки себе. Всё, вроде бы, правильно и точно. Вернуться кровосос в команды сможет совсем скоро, ведь узда собственного разума натянулась почти до предела. И скоро кровь не сможет вызывать бессознательный рефлекс.
В эти дни как никогда нужны были силы. Нет, не физические... А кто поможет справиться с собственным отчаяньем? Тут ни кто не погладит по голове, не обнимет и не споёт колыбельной. Все друзья в изоляции, только ты, только собственные силы.
В последнее время Уильям всё больше молился, искал чьей-то защиты. Бог милосерден, он всегда рядом, даже если не чувствовать его физически. Он укрепляет разум, сердце, духовные силы. В остальном надейся лишь на себя.
Каждый день, каждый раз. Драгоценные часы сна тратились ни на что иное как молитву. Половину свободного времени тратилось ни на что иное, как молитвы и восхваление Божьего лика.

- Я голоден. стоя на одном из высоких камней заявил Уильям.
Два инквизитора тут же обернулись на наставника, словно не веря в заявленное. Действительно, на губах человека, чей плащ и волосы нещадно раздувал северный ветер, ещё не высохла алая кровь.
- Ты ведь только что ел. выдохнул один из парней прикрывая рукою глаза.
Таки снег не щадил ни кого, врезаясь в замёрзшие лица. Но единственный кто так непринуждённо стоял среди этой бури был ты, не чувствовал холода. Нет, конечно было прохладно, но не словно зима, а будто бы холодный летний вечер окутал сильное тело.
- Ему становится всё мало. беспокойно заявил следующий.
Ничего удивительного, ведь кровь обычного человека ( на данный момент убитого вора) ничего не значит для крусника, ему нужно магическое существо...например, другой вампир? Отличная закуска! Я словно чувствую, как мои клыки впиваются в холодную шкуру. Облизнулся Уильям, с демоническим взглядом.

- Мы ведь одной крови! трепещал прижатый вампир.
Рука инквизитора прочно сжала шею Неверного, в то время как тот брыкался в снегу. Ничего не выйдет, мой маленький друг, если крусник увидел добычу, он так легко не отпустит её.
Но Уильяму не дали так просто играть с добычей. В ту же секунду, рядом оказался один из "охранников" и с ловкостью пронзил череп кровососущего паразита, что убил беременную женщину. Нельзя сказать, что наставник был недоволен. Ему было до фени, но видеть как сопротивляется закуска- бывает забавно.
- Не теряйся. двусмысленно заявил Аргон, чуть улыбнувшись.
Я начинаю получать удовольствие... Это хорошо или плохо? Действительно, наставник постепенно начинает играть со своею добычей. Но, его не отпускают из виду. Каждый раз такие забавы быстро пресекаются "няньками". Да, это всё для блага Уильяма. И что? Тот им безмерно благодарен.
- Заканчивай. стонал кто-то в стороне, стуча зубами. Нам ведь холодно.
Лёгкий смешок со стороны наставника и белый снег окропила "краска" кровавого цвета...
.  куда-то в сторону замка  .